Лучший журналист месяца за июль 2020 года


Подведены итоги конкурса департамента внутренней политики Брянской области «Лучший журналист месяца» за июль. В результате рассмотрения работ журналистов государственных СМИ конкурсная комиссия решила признать победителем Татьяну Николаевну Туркову обозревателя ГБУ «Редакция газеты «Севская правда» с материалом «Два отца».

Представляем вниманию материал победителя.

Два отца

В этой статье я расскажу о Герое Советского Союза Петре Андреевиче Маркове, но не буду описывать всю его доблестную военную биографию, а коснусь личного, семейного. 13 июля, когда я беседовала с его дочерью Тамарой Викторовной Васильченко, оказался днем его рождения. Ему бы исполнилось 115 лет…

Когда-то, давным-давно, в 1926 году пятнадцатилетняя девчонка Лена летним вечером в своем селе Юрасов Хутор танцевала с парнем.

— Петя, ну ты совсем, как медведь, не видишь, куда ступаешь, что ли? Музыку слушай. И

не надо так прислоняться, — строго сказала Петру совсем юная, повзрослевшая школьница Лена. Сегодня ему исполнился 21 год, и он пригласил ее на танцы.

Над скромным “пятачком” лился звучный романс «Дорогой длинною»:

В даль родную новыми путями

Нам отныне ехать суждено!

Ехали на тройке с бубенцами,

Да теперь проехали давно!

Голос Александра Вертинского смолк, игла пластинки прекратила вращение.

— Ну, вот и домой пора! — потупив взор, стесняясь, сказал Петр. Хулиган с детства, он не понимал, почему краснел перед Еленой, стеснялся произнести лишнее слово.

— Ну, все, пока, дружок! Спокойной ночи! Учись танцевать! — Ленка скрылась за калиткой, напевая «В даль родную новыми путями нам отныне ехать суждено».

Петр постоял еще немного у калитки, он недоумевал, почему, его, отчаянного хулигана сковывала робость рядом с Леной. А ведь он в тот вечер собирался признаться, что она ему нравится. Нет, то, что он в церкви с ребятами собирал мелочь с тарелки, опасаясь быть пойманным, а потом сбегал, не сравнится с этим чувством. Так, в своих мыслях он дошел до дома. Вся семья уже спала, он тихонько пробрался в свою комнату, лег на кровать, и, засыпая, вспоминал, что Лена просила его учиться танцевать.

Он старался, но на танцах ее не находил. Тогда он упражнялся с двойным упорством, а ее все не было. Потом отец сказал, что Лену просватали, и в тот же вечер отдали в семью суженого, севчанина Виктора Королева.

— Но ведь ей только 15 лет! – сокрушался Петр. От горечи уехал работать на Изваринский рудник Ворошиловоградской области шахтером, подальше от родных мест, чтобы забыться. «В даль родную новыми путями нам отныне ехать суждено», — повторял он слова песни.

***

В свою невесту Виктор Королев влюбился с первого взгляда. И придя свататься, не откладывая дела в долгий ящик, забрал с собой. Прямо с печки, где она сидела с сестрами.

В его семье она была и оставалась за ребенка. Пятнадцать лет у них не было детей. Потом 15 мая 1941 года родилась долгожданная и единственная дочь Тамара.

Счастливый отец в то время работал председателем колхоза в поселке Земледелец, а потом инструктором ВКП(б) райисполкома. В июле он ушел на фронт. До конца войны носил в военном чемодане фотографию дочери в возрасте двух месяцев, на снимке фиолетовыми чернилами было подписано: «Для любимого папы от дочери. 29 июля 1941 года. Два месяца». Глядя на ее глазки, он смелее шел в бой и дослужился до капитана.

А вот семье его в Севске пришлось несладко. Надо было срочно уезжать, потому что немцы в первую очередь искали близких родственников работников райкома и убивали их.

Жена и дочь эвакуировалась в украинский Задонск вместе с сестрой Елены Дарьей. Мама умела хорошо шить. Так зарабатывали на кусок хлеба. Рукоделие спасало от голода. Даша, ухаживая за племянницей, заболевшей тифом, заразилась сама и вскоре умерла.

После эвакуации вернулись в Севск. В 1944 году им дали комнату в подвале старинного здания из красного кирпича на территории современной больницы.

Два года Елена работала заведующей столовой для военнослужащих, которая располагалась в этом же строении. Часто вечерами Тома становилась на стул, в платьице, с повязанным на голове платком, пела песни и читала стихи для посетителей. Растроганные военные, оставляли аплодисменты и шоколадки, которые полагались к армейскому пайку.

Через год семья Королевых переехала в однокомнатную квартиру в многоэтажном доме по улице Советской. Папа, вернувшись с фронта, работал начальником автоколонны, продолжая армейское дело, где он был в должности заместителя начальника автоколонны, обслуживающей аэродром. Сам всегда ездил аккуратно, не превышая скорость. Но, однажды, возвращаясь вместе с женой из райкома, не справился с управлением. Коричневый «УАЗик» врезался в огромный тополь в несколько обхватов недалеко от Банка по улице Ленина. В эту минуту он думал не о себе, а о своей жене, только успел ей крикнуть «Лена! Держись!». Мгновение — и он лег грудью на руль, весь в груде лобового стекла. Осколки, вонзаясь в кожу,  оставили шрам на ее лице на всю жизнь.

И она держалась. Хирург Феликс Рикман после обследования направил пострадавшего в Брянскую областную больницу, где ему сделали операцию, извлекли осколок из груди.

Виктор всегда носил на правой руке дорогие механические часы. Медсестра, ухаживая за больным, часто задавала ему вопрос: «Который час»? Но он даже не подозревал, что часы жизни отсчитывали его последние дни, часы, минуты.

Жена, приезжая навестить его, радовалась, что у Виктора появился аппетит. Однако вскоре на месте гематомы образовалась опухоль. Понимая, что жить ему оставалось недолго, он просил оставить медсестре свои часы на память. И, когда она в очередной раз заглянула в палату, задавая  свой обычный вопрос, Виктор подумал с грустной улыбкой: «Недолго до смерти».

Елена снова так явно, как тогда, в день аварии, услышала его крик «Лена! Держись!», когда ей сообщили, что ее муж умер…

***

Как я уже написала, Петр Андреевич Марков, получив «клич на уголь», уехал в Ворошиловградскую область. Там он работал шахтером на Изваринском руднике. В 1927-1930 годах служил в Красной Армии. Затем работал председателем колхоза, директором спиртзаводов в Севском и Стародубском районах.

В августе 1941 года Марков был назначен комиссаром истребительного батальона, на базе которого он создал Злынковский районный партизанский отряд. Вместе с ним находились его жена Анна и старший сын Виктор. Действуя совместно с отрядом А.Ф. Федорова на железной дороге Брянск – Гомель, в 1942 году он вошел в состав Черниговско-Волынского партизанского соединения и стал называться отрядом имени Ворошилова.

В марте-мае партизаны участвовали в рейде с Черниговщины на Волынь, а в июле-августе в районе Ковельского железнодорожного узла пустили под откос 39 вражеских эшелонов с живой силой и боевой техникой.

Звание Героя Советского Союза старшему лейтенанту Маркову присвоено 2 мая 1945 года.

Все эти годы в лесах было холодно, сыро и голодно. Ели похлебку из мухоморов, которые отваривали по два-три раза, конину.

Четырехлетнего сына Валеру оставили у односельчан, но все же мальчику пришлось скрываться, потому что сосед оказался полицаем. Два года родители искали своего ребенка. Узнать его помогла местная бабулька. Повзрослевший Валера  в день, когда его нашли, был совсем на себя не похож: оборванная рубашка, штаны на резинке наперевес и счастливая улыбка, потому что родители вернулись. До сих пор в семейном архиве хранится такая фотография.

Голод, сырость и холод сказались на здоровье Анны и через три года после окончания войны она умерла. Еще через три года Петр узнал, что в Севске живет вдовой с дочерью его первая любовь.

Сошлись дороги на перекрестке судеб.

Приехав к Елене в Севск, он просто сказал: «Лена, я научился танцевать».

Все вместе обосновались в Локте. Петр работал на спиртовом заводе, Елена создавала уют в доме.

Их дети Тамара и Валера крепко подружились, и были друг другу, как брат и сестра. Многие завидовали, как можно быть ближе, чем родные.

Однажды мальчишки потревожили земляных пчел, с которыми Валера возился в огороде, а ему сказали, что это сделала его сестра Тома.

— Валера, это не я, — оправдывалась Тамара, — я не трогала твоих пчел!

— Нет, ты, — с обидой и злостью кричал мальчуган! — Ты знала, как я люблю их! – кричал он, плача, и отшлепал свою сестренку.

Тамара, раскрасневшаяся и расстроенная, прибежала в дом и запрыгнула на печь.

— Что ты, Тамара? – спросили родители.

— Да, так, захотелось прилечь, — отвечала она.

В этот момент в дверь постучали. Это была соседка.

— А где Тома? – спросила она.

— На печке, — отвечала Елена.

Соседка, зная, что произошло, выйдя из дома, увидела  притаившегося Валеру. Он сидел под кустом смородины, обняв колени руками, перебирая в уме возможные наказания.

— Иди домой. Тома ничего не рассказала родителям, — прошептала она ему.

После этого брат и сестра никогда не ссорились и сдружились еще крепче.

Родственники хотели их поженить, но они недоуменно им отвечали:

— Что вы?! Мы брат и сестра!

Тамара знала обо всех мечтах и стремлениях Валеры. Однажды, возвращаясь вместе с танцев, домой, он признался ей, что хочет поступить в институт, потом рассказал об этом родителям за обедом. «Да ради Бога!» — поддержал отец.

Получив добро, он окончил Брянский технологический институт, работал главным инженером на Локотском механическом заводе.

Тамара и невесту подыскала своему брату. Увлекаясь верховой ездой, часто ходила на конный завод. Увидев девушку Аллу, подумала: «До чего хороша! Славная будет жена моему брату!».

Вскоре Валерий и Алла поженились.

Так же счастливо жили их родители. Тамара и называла, и считала Петра Андреевича своим отцом, а он ее – дочерью. Он уделял ей много внимания, любил больше, чем родных сыновей:

— Это был прекрасной души человек, добрый и спокойный. Ни разу не оскорбил маму. Самым сердитым его ругательством было слово «мерзавцы», когда мы однажды пошалили. Ему, как Герою Советского Союза, выделили огород в 50 соток, на котором выращивали дыни, арбузы. Мы, желая подшутить и кого-нибудь напугать, вырезали из арбуза глаза, нос, рот, ставили в арбузный шар свечу и ходили по улице. Мама спрашивала у отца: “Куда арбузы пропадают? Воруют, что ли”… Однажды, одна тетя узнала нас и все ему выдала. Это был единственный раз, когда он на нас ругался…

Тамару он вырастил, выдал замуж. На внучку Татьяну, ее дочь, оформил свой дом в поселке Локоть. Жил с сыном и невесткой, но, умирая, хотел увидеть Тому. Невестка Алла ухаживала за ним с любовью и заботой,  всегда подавала первые блюда, зная, что у свекра больной желудок. Тамара, приехав к отцу, сказала родным: «Отдохните, я побуду с папой».

При одном только взгляде на него она поняла, что завтра будет тяжелый день.

Открыв глаза ранним утром, он спросил у дочери:

— Тома, а почему радио не говорит? Который час?

— Без десяти шесть, — ответила дочь.

Под звуки Гимна Советского Союза, 8 марта 1983 года,  он умер у нее на руках. Завещал похоронить себя вместе с Еленой, своей второй женой, мамой Тамары.

В Волыне на Украине есть музей Маркова Петра Андреевича. Во Франции названа его именем шахта, но самый большой след он оставил в сердцах родных, дочери, примером своей жизни показывая, что настоящие герои есть не только на войне, но и в повседневной жизни, в семье.

Уже истрепанная и пожелтевшая фотография, которую до смерти носил с собой отец Виктор Николаевич  Королев, до сих пор хранится в альбоме Тамары Викторовны, как семейная реликвия. Она любила и помнит своего родного отца. Без слез она не может вспоминать о его гибели. Но и не без благоговения говорит, что и другой отец, Петр Андреевич Марков – самый любимый человек в ее жизни.

Татьяна ТУРКОВА.

Фото из семейного архива Васильченко.

 


Понравилась статья? Порекомендуйте ее друзьям!
WordPress Lessons